Секс как орудие убийства [= Обольщение смерти ] - Нора Робертс

– Лейтенант, вы исключительный коп. А исключи­тельные копы сгорают быстрее, чем посредственные, у которых есть другие интересы. Удачный брак, например, очень помогает выстоять. Можете поверить моему опыту. Дети… – Уитни засмеялся, увидев на лице Евы непритворный ужас. – Когда придет время, конечно. Друзья. Родные. Иными словами, жизнь. Если у вас ни­чего нет, кроме работы, рано или поздно вы можете забыть, зачем работаете. Забыть о том, что, когда вы закрываете дело и сдаете его в архив, на свободе становится одним преступником меньше.

– Да, сэр.

– Думаю, раз уж я обедал за вашим столом и курил великолепные сигары вашего мужа, вы можете назы­вать меня Джек.

Ева обдумывала это предложение целых три се­кунды.

– Нет, сэр. Прошу прощения, но не могу.

Уитни откинулся на спинку стула и лениво выдох­нул дым.

– Ну что ж… – И тут зазвонил его мобильник.

Майор тут же снова стал начальником.

– Уитни.

– Освобождение арестованного под залог аннули­ровано, – зычно объявил помощник окружного проку­рора. – Подозреваемый Люциус Данвуд подлежит немедленному возвращению в камеру предварительного заключения. Все выдвинутые против него обвинения ос­таются в силе. Копии постановления об аннулировании и ордера на арест посланы вам по факсу.

– Хорошая работа. – Уитни дал отбой. – Ну что ж, лейтенант… Пожалуй, нам пора.

Рорк сразу поднялся. Заметив удивленный взгляд, ко­торый Ева бросила на мужа, Уитни наклонил голову.

– Гражданский консультант по этому делу попро­сил разрешения сопровождать нас и получил согласие. Но окончательное решение, разумеется, за вами. Лейте­нант, вы не будете возражать?

Увидев легкую улыбку Рорка, Ева со свистом втяну­ла в себя воздух.

– Нет, сэр, не буду. Это обошлось бы мне слишком дорого.

Сара Данвуд жила в двухуровневой квартире рес­пектабельного дома, расположенного всего в не­скольких кварталах от дома ее сына. Охранная система выдавала надписи «адресат отдыхает» и «посетителей не принимают», пока Ева не добилась своего с помощью значка, ордера и пламенных угроз.

– Впечатляюще, – прокомментировал Уитни, ко­гда они вошли в лифт. – Но объясните мне, ради бога, каким образом вы собирались вытащить человека из-под материнской юбки и засунуть его в задницу компью­тера?

– Признаться, сэр, мне никогда не приходилось это­го делать. Обычно бывает достаточно угроз… Думаю, Данвуд будет сопротивляться, – продолжила она. – Этот мальчишка не любит, когда расстраивают его пла­ны, и инстинкт заставляет его бросаться в атаку, пока он не потерял власть над собой… – Она помедлила. – Майор, я бы хотела передать консультанту оружие. Для самозащиты.

– Это ваше право, лейтенант.

Ева наклонилась, вынула из прикрепленной к ло­дыжке петли маленький парализатор и протянула Рорку.

– Заряд минимальный и должен таким остаться. Но пользоваться этим оружием можно только в случае не­посредственной физической угрозы. Понятно?

– Так точно, лейтенант. – Когда они вышли из лифта на этаже Данвудов, Рорк сунул парализатор в карман.

– Я пойду первой, – сказала Ева. – Все должно быть сделано очень быстро. Мы входим, определяем ме­стонахождение Люциуса Данвуда и надеваем на него наручники. Но всех штатских придется заранее удалить из помещения.

Она нажала на звонок, и дверь тут же открылась. На пороге стояла побледневшая горничная.

– Полиция. Освобождение Люциуса Данвуда под залог аннулировано.

– О, боже… Мисс Сара! Мисс Сара!

Рорк отстранил закричавшую горничную и освобо­дил Еве дорогу.

– Посидите здесь, если не хотите, чтобы вам при­чинили вред.

Ева вошла в квартиру, быстро обводя взглядом все входы и выходы. Когда по лестнице торопливо спусти­лась женщина, рука Евы потянулась к оружию, но тут же опустилась.

– Что это? В чем дело? Кто вы?

Женщина была маленькая, тоненькая, рыжекудрая и растерянная. Ее миловидное лицо было обезображено синяками, красовавшимися на подбородке и под левым глазом.

– Миссис Данвуд?

– Да, я миссис Данвуд. А вы из полиции? Та самая женщина, которая арестовала моего сына?

– Я лейтенант Даллас из нью-йоркской городской полиции. – Ева притянула значок, но при этом ее глаза ловили каждое движение, а уши – каждый подозрительный звук. – Освобождение Люциуса Данвуда под залог отменено. Я пришла арестовать его.

– Вы не имеете права! Я внесла залог. Судья…

– У меня есть постановление об отмене освобожде­ния под залог и ордер на арест. Миссис Данвуд, ваш сын наверху?

– Нет! Вы не можете арестовать его!

– Эти синяки – его рук дело?

В голосе Сары Данвуд послышался ужас.

– Нет-нет, я просто упала. Почему вы не можете оставить его в покое? – По щекам женщины покатились слезы. – Он еще мальчик!

– Этот мальчик убил вашего отца.

– Неправда… Это неправда! – Она закрыла лицо руками и отчаянно зарыдала.

– Майор?

– Действуйте. Миссис Данвуд, вам нужно сесть.

Предоставив мужчинам бороться с приступом исте­рики, Ева бросилась вверх по лестнице. Она была уве­рена, что справится с Люциусом, если тот попытается прорваться вниз. Положив руку на оружие, Ева рывком открывала каждую комнату, входила и осматривала ее. Подойдя к запертой двери, она достала универсальную отмычку и открыла замок.

Войдя внутрь, Ева сразу поняла, что это комната Лю­циуса. Детская комната избалованного ребенка, полная дорогих игрушек. Всю стену занимал центр развлечений – аудио, видео с огромным экраном, компьютер­ные игры… На стойке в виде буквы Г стоял центр прие­ма и передачи данных. Полки ломились от книг, дискет и альбомов. В смежной комнате Ева обнаружила не­большую, но хорошо оборудованную химическую лабо­раторию.

Шторы в обеих комнатах были спущены, двери в коридор надежно заперты. «Таинственный маленький мир», – подумала Ева.

Сначала она обыскала стенные шкафы и обнаружи­ла новые парики в прозрачных коробках. В ванной на полочке под зеркалом лежали остатки воска для лица и крема-основы.

«Нет, Люциуса здесь нет, – подумала Ева. – И вы­шел он отсюда в другом облике».

Она сунула оружие в кобуру, вернулась к центру пе­редачи данных и попробовала вывести на экран послед­нюю запись.

НЕ МОГУ ВЫПОЛНИТЬ ТРЕБОВАНИЕ БЕЗ ПАРОЛЯ…

– Ну, это мы еще посмотрим! – Ева быстро вышла на лестничную площадку. – Рорк, подойди на минутку.

– Горничная говорит, что Данвуд и его мать утром кричали друг на друга, – сказал Рорк, поднявшись. – Точнее, кричал Данвуд. Она слышала, как его мать плакала, слышала звуки ударов, потом хлопнула входная дверь. Тогда она выбежала из кухни и обнаружила миссис Данвуд на полу. Видимо, он не в первый раз подни­мал руку на мать. Так же, как его дед и отец. Отец сей­час в Сиэтле. Уехал по делам. Судя по всему, он бывает в этой квартире не так уж часто.